†енский журнал ‘уперстиль
№35 // 29 февраля 2016 г.
Цвет небесный, синий цвет
В солнечный, зимний день я думаю, что это единственный цвет, который добавляет жизни черно-белой зиме. Когда окрашивает тени и открывает в лохматых облаках дорожки в небо и подцвечивает автомобильные выхлопы и дым из труб.

Но наступает весна, еще незаметная, и я уже уверена, что синий – это ее цвет. Цвет неба, которое обещает тепло, хотя вокруг все еще по уши в зиме, цвет луж под этим небом, цвет ручьев, цвет первых окрашенных цветов. Но потом из-под линяющей в серое белизны проступает зелень, и становиться понятно, какой на самом деле цвет у весны.

Нет-нет, синий – это цвет лета, кричу я, когда ноги приносят меня в жаркий день к водоему: реке, морю, или даже даже фонтану в парке. Или просто это цвет отпуска, цвет отдыха, цвет полного расслабления - размышляю я, лежа на спине в темной синеве воды и глядя в яркую синеву неба.

Это цвет лени, разгильдяйства и свободы, а также всеобщего равенства и братства, - думаю я, влезая в синие джинсы – на семи из десяти встреченных мне по дороге прохожих будут такие же.

Это цвет учебы – особенно когда ручка протекла и покрасила вокруг себя все в ультрамарин.

Цвет работы и сосредоточенности. Если уж приходится придерживаться дресс-кода, то я предпочту синий деловой костюм - мне в нем проще работать, а если нужна спецодежда, то выберу синий халат – он не так быстро пачкается, как белый, и не линяет, как черный.

Неба и бесконечности – добавляю я, вглядываясь в глубокое августовское небо в безнадежной попытке подстеречь падающую звезду и успеть загадать желание.

Синий – цвет мечты, ведь не зря его так много в украшениях и так мало полностью синих зверей и птиц! Редкая она – синяя птица счастья. Зато цветов лазоревых, синих и голубых, много, но быстротечна и хрупка их красота.

Я люблю синий, и, как многие, одержимые в юности приступами стихотворчества, нередко рифмовала «синий» с «красивым». Конечно, красивый, а какой же еще?

И никогда он не был для меня цветом грусти. Хотя для кого-то он, синий, как раз такой, грустный, иначе почему бы feelblue значило «грустить» и «печалиться». Почему этот кто-то чувствует себя синим, когда грустит? Может быть, он просто замерз, как та девица, которую я недавно встретила, - слишком легко одетую и продрогшую на холодном ветру, с тем самым выразительным цветом лица. Так и хотелось спросить: тепло ли тебе, девица, тепло ли тебе, синяя? И он, тот, кто чувствует себя синим, просто замерз, ведь замерзнуть можно не только от внешнего холода, но и от собственной печали.

Да просто синий - это цвет холода, говорю я себе, когда выбираю мороженое в будочке под голубым тентом.

Для тех, кто слишком любит компьютеры, синий, особенно голубой, это цвет неудачи и даже краха – ох уж этот голубой экран! А раньше еще такой же голубой передавали неисправные телевизоры.

Но самое главное, синий – он не один, их много!

Цвет неба ясным днем, цвет лазури, лазоревый получается от смешения двух синих: кобальтового синего или тенаровой сини – цвета густого предночного неба, самой глубины чистого родника и ультрамарина – нереально синей краски, которую в природе можно увидеть только в смешении с белой – в цвете моря, и у некоторых морских животных, а также в самой яркой грани темного сапфира.

А сколько еще синих оттенков спряталось в сапфире, в небе, в море?

Из толченого лазурита и других синих камней давно еще получали люди синие краски – но они годились лишь для эмалей. Можно было покрасить стену, статуэтку, и даже лицо, но не одежду и не пищу.

От манящих лазоревых цветов человек давно пытался получить их прекрасный небесный цвет, но он не давался, убегал, неожиданно превращался в красный, в желтый… Только для холодных сластей василек и фиалка делились своей синевой. И нашелся синий, спокойный краситель индиго в растении семейства бобовых –индигофера. Чудом нашелся, ведь от этого растения вряд ли можно было ожидать синевы – ведь его цветы окрашены в розовый или фиолетовый цвет. Неуловимый же синий давали листья, и не просто так, а после обработки слабыми кислотами.

И только развитие химии в XVII веке подарило миру нестойкую циановую соль железа - берлинскую лазурь (она же турнбулева синь и милори). В начале XVIII века был получен кобальтовый синий (оксид диалюминия кобальта), а в XIX веке - ультрамарин (смесь алюомсиликатов натрия с полисульфидами натрия). Множество синих солей нестойки – и в присутствии кислоты меняют цвет на красный или фиолетовый. Это их свойство легло в основу создания индикаторов – веществ для определения кислотности среды. Синий – цвет химии и прогресса.

Королевский синий - название двух цветов – светлой и темной лазури - вошел в моду в конце XVIII века, когда для королевы Великобритании Шарлотты сшили платье такого цвета.

И я тоже себе заведу синее платье, чем я хуже королевы?

Женя Чикурова
29.02.2016
Ссылки по теме: чувства и эмоции, взгляд и позиция
Архив
Темы
Авторы
©2005-2020 Суперстиль