†енский журнал ‘уперстиль
№217 // 18 ноября 2016 г.
Следы матриархата. В поисках сопричастности
Что не даёт нам покоя пустынными вечерами, что гонит прочь из дома, что, не найдя удовлетворения, требует забвения, пусть даже и алкогольного? Да, оно, то самое чувство — чувство одиночества.

Это самый большой подвох в самой замужней или в самой самостоятельной жизни, если ни в том, ни в другом случае в жизни нет настоящего партнёрства и искренней сопричастности. И это чисто женский подвох, поскольку стремление к сопричастности — глубинный женский архетип, затаившийся в нас со времён матрилинейных древних общин, иногда ещё называемых матриархатом.

Ведь с начала времён мы, женщины, всегда стремились к единству, которое не зависимость, а общность, не подчинение, а союз. Но пришли олимпийские боги и всё испортили.

Элана в книге "Амазонки без оружия" пишет: "...У беотийской поэтессы V в. до н. э. Коринны есть драматичный рассказ о девяти нереидах. Они были дочерьми Асопоса — бога одноимённой реки, протекавшей через девять поселений мирных матрилинейных общинников.

Однажды на эти мирные берега пришли олимпийские боги. Они готовились к войне, для ведения которой им необходимо было выстроить на берегу Асопоса систему пограничных крепостей… <…> …Но обитатели Олимпа не имели никакого отношения к земле нереид. И потому в один прекрасный день все девять “невест” исчезли.

Безутешный отец тщетно искал дочерей, но сам был найден неким жрецом, принёсшим ему “благую весть”: “Ты должен не горевать, а радоваться! Ты удостоен величайшей чести: твои дочери стали жёнами самих олимпийских богов!... <…> …И теперь они произведут на свет "героическую расу полубогов"!”

Произведут, конечно же, против своей воли. А пока по праву матримонии патриархи выстроят на их мирных землях иерархичные цитадели для ведения своих войн… <…>

...На этом рассказ Коринны прерывается вместе с папирусом, на котором он был найден. Нам так и не суждено узнать, нашёл ли отец своих дочерей, которых патриархи решили превратить в инкубатор по производству “героев”.

Следует добавить, что исконными обитателями Беотии были пеласги и лелеги — матриархальные народы, под корень вырезанные пришедшими позже воинами Зевса".

А далее, как известно, история пошла по пути воинственного патриархального монотеизма, и мужской мир, возглавляемый жречеством всех мастей и конфессий, на протяжении тысячелетий только и делал, что "разделял и властвовал". А насильственные браки отнимали у женщин землю, детей, право выбора, право любви и право сопричастности.

Позвольте, вскинете вы удивлённую бровь, какие такие насильственные браки в XXI веке?! Ведь всё давно уже изменилось! Изменилось. Но всё ли?

Так же, как сохранилось женское архетипическое стремление к равноправной гармонии, так же никуда не делось и мужское захватническое эго. Откуда же оно взялось, спросите вы, если изначально, при матрилинейном строе, культу добра и любви Богини-Матери служили не только женщины, но и мужчины?

Да, так и было, но зёрна властного патриархального эгоизма не зря засевались именно в мужское сознание: мужчин было легче сбить с толку. Ведь в мужчинах нет естественного компаса эмпатии к другой жизни: материнский инстинкт заложен в женщину, отцовский же инстинкт, как известно, явление весьма поверхностное.

Поэтому мужчины легче попадались на крючок агрессивных внушений — крючок, регулярно закидываемый на протяжении всей патриархальной истории то жрецами, то попами, то царями, то президентами. Жрецы и президенты имели на этом хорошие дивиденды — землю и власть. А мужское население, пойдя на поводу у пропаганды, стало считать мачизм своей второй натурой, своим героическим инстинктом завоевателя.

Ну а дальше — "как вы лодку назовёте, так она и поплывёт".

И что уже в наши дни в один голос твердят все дэйтинг-коучи и прочие агенты семейного счастья? Правильно — чтобы привлечь мужчину в свою жизнь, нужно обеспечить ему реализацию его мужского чувства охотника, иначе он забьёт и не станет охотиться. И не важно, что этнографы давно уже доказали, что охота никогда не была основным мужским занятием даже в каменном веке — всё равно большинство женщин упорно продолжает верить в эти гендерные манипуляции.

И растут империи международных дэйтинг-сервисов, выставляющих в онлайн-витринах заманчивые женские тела, и спекулятивными голосами переводчиков оболванивающие заокеанских женихов за счёт доверчивых соотечественниц. Дэйтинг-сервисы имеют на этом хорошие дивиденды — популярность и деньги. А мужчины и женщины с разных концов земли питают бесплодные иллюзии.

Но не надо даже ходить в импортный интернет. Любое реальное знакомство на просторах родного административного округа по-прежнему развивается по старинному сценарию: "он — мужчина, он должен меня завоевать". И женщины сами выстраивают башни из слоновой кости, сидят в них царевнами-несмеянами, умело дёргающими за ниточки мачизма очередного ивана-царевича или иванушку-дурачка, то отправляя его за пером жар-птицы, то ещё куда подальше, культивируя придуманную мужчинами игру в завоевание. А он что же — он, конечно, старается, завоёвывает. А потом, завоевав, предъявляет права сюзерена, превращая добычу в вотчину, в инкубатор, в тренажёр для собственного эго или в бесплатное сексуальное приложение, установленное на гаджете его мужской независимости.

И тогда замужние дамы, сделавшие всё по патриархальным канонам, заламывают руки в извечном плаче Ярославны: вроде как муж и есть, но его вечно нет. А что ему здесь? Он тут уже всё завоевал, его ждут новые поля сражений.

Минуточку, возразите вы, ну не все же бабы дуры, сегодня-то все вокруг — сплошные феминистки.

Да, мы давно выросли из коротких патриархальных штанишек и избавились от уязвимости. Мы стали слишком взрослыми, хотя продолжаем носить розовое и бантики. Мужчина нужен нам утром в фитнес-клубе, вечером в ресторане, ночью в постели, не больше трёх раз в неделю, желательно по выходным.

Да, мы — хакеры отношений и взломщицы мужских душ. Потому что всё, что нам нужно, — это краткие вспышки страсти. И это лучшее зеркало, которое мы предъявляем мужчинам. Но только иногда по утрам нам не хочется просыпаться. И то самое чувство — чувство одиночества — не даёт нам покоя пустынными вечерами.

Наш новый бог — бог феминизма, — увы, имеет те же явно выраженные мужские черты. Более того, ему удалось то, с чем не справились все предыдущие патриархальные боги: он сумел внушить агрессивный эгоизм женщине. Очевидно, его жрецы имеют на этом свои дивиденды. Но что имеем мы? Мы принесли в жертву любовь, и получили взамен одиночество.

Когда-то давно, ещё в XVIII веке, философ Джордж Беркли обнаружил, что "бытие — это тот, кто воспринимает". Иначе говоря, наше бытие определяется нашим же сознанием. Беркли не изобрёл эту идею сам, а пришёл к ней в результате изучения уцелевших архивов древнего матриархата, вся духовная идеология которого строилась на понимании простой взаимозависимости: если любовь есть внутри, она появится и снаружи. Эти идеи нарушали эгоистические принципы мужской религии и даже материалистической мужской науки.

Тем не менее, уже в XX веке создатель квантовой теории атома физик Нильс Бор доказал, что даже электроны в эксперименте ведут себя в соответствии с ожиданиями экспериментатора. А потому, возможно, что всё, что нам нужно сделать для встречи с эмпатией и сопричастностью в мужском сердце, это ожидать от мужчины именно этого. С любовью в собственном сердце.
Лариса Осипенко
18.11.2016
Ссылки по теме: психология, отношения, одиночество, взгляд и позиция
Архив
Темы
Авторы
©2005-2019 Суперстиль