†енский журнал ‘уперстиль
№26 // 15 февраля 2016 г.
Лица. Объяснение в любви. Книга Кати Голицыной
- Идея воплотилась. Я рада, что книга получилась, но ничего более долгого и мучительного я за свою жизнь не делала. Работа начиналась, откладывалась, возобновлялась…

- Катя, если можно, перелистаем страницы…

- Давайте. Сама я её не открываю, когда дарю кому-то из «героев» и прошу их под портретом написать что-нибудь на память в моем экземпляре.

- Многих уже не стало?

- Около десяти человек… Рязанов, Любимов, Образцова, Афанасьев, Фирсова, Пастернак, Гелескул, Чуковская…

- Как тяжело. И как правильно, что книга есть. Сейчас, когда мы перелистываем её страницы, чем она лично вам дорога?

- Многие «герои» открылись для меня с новой, самой главной, человеческой стороны. Например, балетмейстер Владимир Васильев - милый, мягкий, доброжелательный, интеллигентный, талантливый… У него прекрасная живопись, недавно выставка была, и стихи он пишет… Удивительный человек.

С режиссером-документалистом Джеммой Фирсовой мы познакомились и подружились года за три до её смерти. Она была всегда занята – работала. Мне не очень нравится, как она получилась, – из-за прически… А красоты она была удивительной! В ней сочетались почти не сочетаемые вещи - необыкновенная сила и доброта. При всей своей занятости она многим помогала, включалась в чужие беды и проблемы. Мне с этой книгой тоже помогла. Звонила в Париж Иоселиани, Никогосяну – тем, кого знала. Ей, как и певице Елене Камбуровой, никто не отказывал. Елена Антоновна мне тоже очень помогала.

- Было трудно договариваться с героями?

- По-разному. Кто-то хотел участвовать, но было неудачное время, кто-то отказывался или сомневался, кто-то умер, кого-то уговорить не удалось. Очень хотелось запечатлеть Алису Фрейндлих, но она сказала, что больше не фотографируется.

Технически можно было всё снять за полгода и работать дальше. Но некоторые переговоры шли месяцами, другие – затягивались на годы.

- А как вы создавали свой список?

- У меня был «экспертный совет» по каждому «герою». Список менялся. Не со всеми была знакома. Помогали друзья, друзья друзей. Спасибо им всем!

Благодаря этой работе я очень многое узнала. Приходилось читать книги моих «героев», смотреть спектакли и фильмы, изучать интервью, слушать лекции. Хотелось заранее почувствовать человека, с которым предстояла встреча.

- С кем из «героев» вы дружны давно?

- Не могу сказать, что кто-то из участников мой личный друг, но, например, художник Борис Жутовский знает меня «с пеленок». С художником Борисом Диодоровым тоже с детства знакома, и с поэтом Олегом Чухонцевым.

- Все «герои» – из старшего поколения?

- Да. Это мой hommage поколению родителей и старших друзей. Самый старший - Николай Никогосян - скульптор. Ему девяносто шесть лет. Он, к счастью, бодр и каждый день работает, когда я его снимала – он рисовал.

- Тексты вы не сами писали?

- Книга бы ещё много лет не вышла, если бы я пыталась написать сама! За тексты спасибо Григорию Заславскому. Все, кого я находила до него, - отказывались, говорили, что это очень трудно, и по срокам - невозможно, так как уже книга была в плане издательства. А Григорий все успел и очень хорошо написал.

- Про издательство "Искусство - ХХI век" расскажите.

- Замечательное издательство! Они издали книгу самого молодого «портретируемого» -фотографа-художника Франциско Инфанте, а когда я рассказала Татьяна Михайловне Боднарук - директору издательства - о своей затее и показала ей портреты, она почти всех узнала, со многими знакома лично. Художник этой книги - Александр Борисович Коноплев - преподавал в «Полиграфе», когда я там училась, а познакомились только теперь… У нас книга на двух языках, а переводы все делала Галина Колосова – переводчик замечательный и друг – очень мне помогала договариваться с «героями».



Литературоведа Евгения Борисовича Пастернака я долго фотографировала (в это время знакомая дама записывала его рассказы о Москве) и в объектив видела, как постепенно в его облике проступают черты отца. Этот кадр и выбрала.

Похожий пример служения своим великим родным являет филолог Марина Тарковская. Занимается наследием отца и брата. Мы знакомы с 90-х, тепло друг к другу относимся. Она человек невообразимой искренности, порядочности, чистоты...

У некоторых людей "застревала" на месяцы. К историкам театра Анатолию Смелянскому и Алексею Бартошевичу пришла снимать на лекции, а уйти не смогла - они замечательно читают. К лингвисту Вячеславу Всеволодовичу Иванову тоже ходила в РГГУ. Гигантский человек! А вот историка и философа Георгия Кнабе послушать не успела...

- Наверняка книга подарила вам не только новые встречи, но и ощущения.

- Первый раз в жизни «побывала» внутри музыки. Когда снимала Владимира Федосеева на репетиции - сидела в двух метрах от него в оркестре, за скрипками. Я почувствовала, как начинается музыка: со всех сторон, она проходила сквозь меня - фантастическое, незабываемое впечатление! Неделю после этого ходила - как летала. И сам он - чудесный человек, скромный, милый, веселый, добрый.

- С кем из героев вы работали дольше всего?

- С режиссером Петром Наумовичем Фоменко. И, когда делала кадр, вошедший в книгу, мне, как выстрел в голову, пришла мысль, что надо сделать отдельный альбом про его репетиции. И у нас получилось - через месяц дали грант на книгу "Пётр Фоменко репетирует Пушкина"!

Съемка была очень интересной, но технически трудной. Когда я снимала с "рабочим светом" (т.е. почти в темноте) на пленку, пришлось самой смешивать проявитель, чтобы получить желаемый результат. На «цифру», конечно, в таких условиях было бы легче снимать, но в «цифре» не хватает объема, пространства, воздуха. На пленке сохраняется гораздо больше нюансов и оттенков - черно-белых, я имею в виду.

- А почему вы решили делать черно-белую книгу?

- Всю жизнь работаю в черно-белом - из-за безграничного количества тональных возможностей.

- Катя, вами придумана техника, соединяющая фотографию и рисование…

- Раньше, когда у меня была мастерская-лаборатория, я сама печатала фото и кисточкой с йодом убирала лишнее, а потом твердым карандашом дорисовывала недостающее... Теперь пришлось переучиться и найти возможность воспроизводить свою технику на мониторе. Я почти справляюсь, почти...

- Катя, к сожалению, всех героев вашей книги мы даже не упомянем сегодня, хотя каждый из них заслуживает долгого разговора. Но есть книга, которой можно обладать, дать в руки детям, внукам...

- Эта книга есть во многом благодаря Ольге Епифановой. Оля - наш меценат - эту затею поддержала и позволила до конца довести. А когда-то мы с ней познакомились в Вероне на крыше одного дружественного дома… Такая случайная неслучайная встреча…

Елена Вышинская
15.02.2016
Ссылки по теме: фотография, культура, книги, интервью, знаменитости
Архив
Темы
Авторы
©2005-2019 Суперстиль