†енский журнал ‘уперстиль
№125 // 10 июля 2014 г.
Шоколадная семья
В середине июля даже самый настоящий шоколад тает в руках, чтобы там ни утверждала реклама. Жара плавит тела, обретающие под пляжным солнцем шоколадный отлив. Томными июльскими ночами шоколадные тела тают в руках.

В знойный полдень позапрошлого июля мы нашли Изю. Изя был негр. Или афроамериканец, если уж соблюдать приличия. Потому что был он в комбинезоне и шапочке, прикрывающей его лысую виниловую голову. А кроме того, в комплекте с ним была бутылочка. Изю можно было поить из бутылочки, чтобы не было жарко. Выпитое тут же выливалось им через маленькую дырочку в низу живота. Других половых признаков у Изи не было. Но счастливая в белом батисте трехлетняя Софа, прижимая темнокожего пупса к груди, на все вопросы отвечала однозначное: "Сын". Была она похожа на героиню Любови Орловой из фильма "Цирк", ела шоколадный торт на летней площадке кафе на Соборке и кормила тортом своего шоколадного Изю. У американцев так принято в самый жгучий зной. Даже День шоколада в июле они празднуют дважды - 11-го, со всем миром, и 7-го, в национальную нычку. И это ведь только официальные данные о шоколадной зависимости нации.

Изя рос и путешествовал. Однажды на целую неделю завис в детском саду. Там его пренебрежительно называли негром. Но Изя не обижался, он был космополит и вундеркинд. Охотно и много учился. Проявлял интерес к геополитике и точным наукам. Был заядлым тусовщиком и легко заводил новые знакомства. Взрослел.

Прошлой зимой на той же полке, где когда-то сидел Изя, мы нашли ее. Она была в точности такого же шоколадного оттенка, но с короткими курчавыми волосами, монолитно продолжающими абрис головы. Без одежды, но с характерными женскими кожными складочками, в том числе и в причинном месте. "О, - сказала четырехлетняя Софа, - вот жена Изи!"

Мы так и не придумали ей имени. Первые дни нарицательно звали "изина жена". Потом притяжательность стерлась, и она навсегда осталась просто "женой". Или Женой. С большой буквы.

В отличие от Изи, Жена была этнической африканкой и так и ходила все время голой. Наши попытки сшить ей платье ни к чему не привели. Но, так как, кроме дома, Жена нигде не бывала, то отсутствие одежды не вызывало проблем. Так нам тогда всем казалось. Ведь, если вдуматься, в искренней женской наготе и заключен залог семейного счастья. Если дома ждет голая жена, какой муж не будет спешить домой на крыльях любви? К тому же, Жена восхитительно нежно пахла ванилью.

Но Изя в отношении Жены проявлял небрежную сдержанность. Несмотря на одинаково-шоколадный цвет кожи, они, скорее всего, не сходились характерами. Естественность Жены была сродни натуральной горечи чокоатля ацтеков и майя, божественного эликсира для свершения древних обрядов. Изя же был как сладкий батончик с наполнителем, продукт современной американской шоколадной промышленности. Весной Изя уехал.

Счастья, как и шоколада, должно быть мало - чтобы откусывать по маленькому кусочку и подолгу держать под языком, с наслаждением зная, что есть еще чуть-чуть внутри шуршащей в кармане фольги.

Но, когда к середине лета закончились даже воспоминания, Жена загрустила. Она сохраняла ровность и доброжелательность, по-прежнему улыбалась пухлым коралловым ртом, но теперь подолгу лежала на диване в одиночестве, глядя в неведомую даль.

"Жене нужен другой человек, - сказала Софа, - когда Изя уезжал, он сказал Бубе: "Теперь ты можешь жениться на Жене". Но Буба Жене не подходит - он не шоколадный".

Буба, и правда, был хорошим другом. Но он был белым пупсом. И хотя Жена ничего не знала о расовой теории, но для нее это было важно.

К тому же, выяснилось, что Изя бросил Жену еще и потому, что у нее не было платья.

"Женщине можно дать лишь то, что она сможет надеть вечером", - утверждал самый остроумный любитель шоколада Оскар Уайльд. Очевидно, Изя был незнаком с его творчеством.

Но мы не стали заниматься психоанализом. К тому же за окнами снова пылал июль. Мы вновь стояли перед той же самой полкой в детском супермаркете. С нами была голая Жена. А на полке сидел абсолютно голый шоколадный пупс, с характерными мужскими кожными складочками в причинном месте. Он смотрел на Жену, и твердый шоколад его решительных складок вокруг рта таял во влюбленной улыбке. Как известно, настоящий горький шоколад сохраняет свою твердость лишь до тех пор, пока не приобретет температуру человеческого тела. В июле шоколадные тела тают во влюбленных руках.

Лариса Осипенко
10.07.2014
Ссылки по теме: шоколад , семья и брак, игрушки
Архив
Темы
Авторы
©2005-2019 Суперстиль