†енский журнал ‘уперстиль
№227 // 2 декабря 2016 г.
День Фортуны. История судьбы
Второго декабря к каждому с самыми непредсказуемыми намерениями приходит не очередная квитанция с четырёхзначной суммой за жилищно-коммунальные услуги, а сама Богиня случая и судьбы.

За тысячелетия образ её не претерпел существенных изменений, чего ни о какой квитанции сказать невозможно. В Древней Греции её звали Тиха, а в Древнем Риме — Фортуна. Молодая женщина неземного происхождения. Небесная гражданка с длинными светлыми волосами и в прозрачном пеньюаре на голое тело.

Ездила она по дорогам языческих государств на колесе с небольшими крыльями, и в руках её был то изящный рог изобилия, даровавший повседневное счастье, то прозрачный шар, означавший непредсказуемую переменчивость этого счастья. Тот же, кто осмеливался сунуть ей в колесо что-нибудь вроде палки, вскорости понимал, что промахнулся, не туда сунул, и божественную девушку несло куда-то дальше, сквозь непрозрачность веков, по буеракам всемирной истории… Её средство передвижения по времени и пространству получило знакомое нам название "Колесо Фортуны", а сама она оказалась в первом ряду героинь давнего и современного художественного творчества. Словом, докатилось Колесо до наших дней, и сама неземная девушка тоже доехала.

Присутствие Фортуны где-то поблизости от нас придаёт особенную важность не только сегодняшнему дню, а уж ему-то в особой степени. Глядя в телескоп на звёзды, это можно понять, а при отсутствии телескопа кое-какое понимание достигается при разглядывании самого себя в зеркало. А так как день будний, зимний, работать надо, с обстоятельствами сражаться, экономический кризис переживать, соль и спички на будущее заготавливать, то не у каждого хватит сил и времени, чтобы за один короткий день с собственной судьбой разобраться. Она уже в дверь позвонила, а человек никак не может понять, кто это такая с такой настойчивостью звонит в его дверь. Вот тут бы и вспомнить слова Карамзина: "Бог — великий музыкант, вселенная — превосходный клавесин, мы лишь смиренные клавиши. Ангелы коротают вечность, наслаждаясь этим божественным концертом, который называется случай, неизбежность, слепая судьба".

Кто-нибудь из нас согласится и с тем, о чём никакой Карамзин никогда не писал. Разве могло придти в голову выдающемуся историку родины нашей, что в наше время повышенных материальных забот за ангелов мало кто чего знает? Сказать могут, а выяснить, кто такие, отчего-то лень. О вечности понятие тоже весьма слабое и несколько примитивное. А клавесин вообще, наверное, чёрт знает для чего нужен.

Должно быть, поэтому, обращаясь к нам как к "смиренным клавишам", Артур Шопенгауэр был скептичен: "То, что людьми принято называть судьбою, является, в сущности, лишь совокупностью учинённых ими глупостей".

А до немецкого Шопенгауэра французский Вольтер в письме нашей Екатерине Второй несколько иначе написал: "Как только мы начинаем думать, что управляем жизнью, в ворота врывается господин Случай". И ещё десятки великих мыслителей и знатоков человечества высказывались о Судьбе. Они писали о ней с пылкостью и удовольствием, много и увлекательно. Они создавали романы о ней, стихи, песни, новеллы, скетчи и большие поэмы, а потом и кинокартины стали о ней создавать: "Ирония судьбы, или с лёгким паром", "Судьба солдата в Америке", "Судьба барабанщика", "Знак ты мой Зодиака" и другие. Но так и не разрешился спор, чего же больше в нашей приземлённой обиходности: самого человека — скромного хозяина всего того, что он делает в жизни, или каких-либо умышленных велений из межзвёздных высот, которых надо только дождаться.

Сегодня "обоих больше". И судьбы, и подарков от неё. Иной раз такое подарит, что только держись. Ждал повышения по службе, а вышло резкое сокращение всей конторы. Надеялся, что хоть жена не изменяет, а она изменила. А вчера ещё и любимый чайник на плите сгорел. А позавчера в ночи не сразу ключом в замочную скважину попал. И рассуждая сегодня о самых невообразимых кульбитах нашей судьбы, самое время вспомнить профессора Преображенского. Он что про неё говорил? Он про неё ни слова не сказал. А про разруху в головах, напротив, очень внятно.

Козьма же Прутков своё недоумение всё-таки выразил: "Не совсем понимаю: почему многие называют судьбу индейкою, а не какой-либо другой, более на судьбу похожею птицей?" И Джером Клапка Джером, отправляя троих с собакой в плаванье в лодке по реке Темзе, высказался актуально: "Руки доброй женщины, обвившиеся вокруг шеи мужчины, — это спасательный круг, брошенный ему судьбой с неба."

И всё это не только поздний рассвет очередного декабрьского дня и его же ранний заход. Не совсем очередная фаза Луны и пронизывающий ветер с Воробьёвых гор. Это — искреннее желание что-то для нас сформулировать, догадываясь, что мы много чего понимаем, а спасательный круг почему-то не ловим. Мы живём в промежуточном состоянии, характерном не столько для 2 декабря уходящего года, а сколько для всей нашей повседневности. И для самых заброшенных её уголков, и для всего гигантского морского и воздушного порта, каким всю жизнь являлась Москва: плыви, дорогой товарищ, туда, куда тебя фантазия занесёт. И объясняет это независимость нашу от самих себя, а от некого колеса с крыльями и полуголой девушки в пеньюаре. Она сегодня кому-нибудь наверняка позвонит в дверь: надо только дождаться.
Владимир Вестер
02.12.2016
Ссылки по теме: психология, настроение, мысли, культура, история, взгляд и позиция
Архив
Темы
Авторы
©2005-2017 Суперстиль